Людмила (stapelia2784) wrote,
Людмила
stapelia2784

Category:

Дачники и постройки Петр. парка. Купцы Филипповы и др. Часть 29.

         Дачники и постройки Петр. парка. Купцы Филипповы и др. Часть 29.

    Вводная часть. Часть 1. Часть 2. Часть 3. Часть 4. Часть 5. Часть 6. Часть 7. Часть 8. Часть 9. Часть 10. Часть 11. Часть 12. Часть 13. Часть 14. Часть 15. Часть 16. Часть 17. Часть 18. Часть 19. Часть 20. Часть 21. Часть 22. Часть 23. Часть 24. Часть 25. Часть 26. Часть 27. Часть 28.

    Прогулку по четной стороне Большого Зыковский проеда  (совр. Красноармейской ул.) мы начнем от деревни Старое Зыково и будем двигаться в сторону круга и Петровского дворца. На отрезке этой улицы между Старым Зыковским проездом и совр. ул. Серегина располагалась множество ресторанов и трактиров. Отмечу, до революции той части ул. Серегина, которая идет от Красноармейской ул. до Планетной ул., не сушествовало.  (см. план 1915 г.). Кроме того, современный Эльдорадовский переулок тоже расположен не так, как до революции прежде располагались Эльдорадовские пер. и тупик (о них позже).

Не было прежде и Планетной ул., она появилась только в конце и 1960-х годов. В Википедии пишут, что свое название она получила в 1967 г., однако на плане Москвы 1968 г. ее еще нет. (см. план 1968 г.).
    Справа от Старого Зыковского проезда находились крестьянские владения, поэтому рассказ о дачниках и ресторанах в Большом Зыковском проезде начну (внимание) от современного Эльдорадовского пер., которого тут тогда еще не было. Отмечу, нумерация владений постоянно менялась, т.к. участки то делились, то объединялись, поэтому там, где я указываю номер дома, он верен на то время, о котором пишу в даный момент.
     В 1880 г. примерно справа и слева от совр. Эльдорадовского пер. было два владения  (№12 и №10), воскресенской кучпихи Сухановой Екатерины Ивановны (кстати, совр. нумерация тут  совпадает с нумерацией 1880 годов)
   Иллюстрация, так примерно могла выглядеть эта дача.

     Впоследствии ее владение слева отошли к Высоко-Петровскому монастырю, а справа некоему Каменскому, затем Орлову.
     Из современных "достопримечательностей" этого места укажу, пожалуй, на единственную сохранившуюся голубятню в САО "Аэропорт", она расположена рядом с домом №3 по Эльдорадовскому пер.
     Голубятня, справа д.3 по Эльдорадовскому пер..

    Правее участков купчихи Сухановой в те же 1880 годы располагалось владение (№8) дворянки Лазарик Авдотьи Александровны, жены губернского секретаря. Также Лазарик на Арбате принадлежали дома, во владение №4.  Лев Колодный пишет - "прежде это было огромное владение, включающее в себя 23 дома, они стояли в три ряда". Моск. памятная книжка за 1866 г. сообщает - "На Арбате много прекрасных зданий, из которых обращает на себя внимание дом г. Кикина и дом г. Лазарик. В последнем находится один из первых гастрономических магазинов - Мора, а также лечебница для приходящих больных, устроенная обществом московских врачей".
     Старый Арбат, дом №4. Фото 1913 - 1914 г.

    Также тут располагались меблированные комнаты "Гулиб", позднее переименованные в "Столицу".
                                                                Реклама из путеводителя 1868 г.
                                           
    Впоследствии Авдотья Александровна продала эти дома на Арбате Сафоновой Александре Дмитриевне, жене статского советника, а уже у нее в 1887 г. этот участок приобрел генерал-майор, золотопромышленник и меценат Шанявский Альфонс Леонович, открывший на свои средства народный университет, позднее получивший имя своего создателя. Первоначально, до постройки собственного здания университета на Миусской пл., он располагался в этих домах на Арбате.
    В конце XIX века бывшее владение Лазарик в Петровском парке принадлежит некоему Войцеховскому (имя отчество не указано), а в начале XX века участок переходит к братьям Балашовым (Балашевым) Григорию, Михаилу и Николаю Петровичам, владеющих экипажной фабрикой в Мерзляковском пер. Экипажная фабрика бр. Балашевых была основана в 1857 г. их отцом Петром Ивановичем. К 1908 году братьям Балашовым Григорию и Николаю в Мерзляковском пер. принадлежали дома №17, 19, 21 (не сохранились).
    А участок в Б. Зыковском проезде числится за Михаилом Петровичем Балашовым с сыновьями.Судя по справочнику 1908 г. к этому времени экипажная фабрика открывается и тут в Петровском парке.
     Катание в экипажах было любимым развлечением дачников и гостей Петровского парка. Об одном таком грандиозном катании сообщала газета "Руль" в 1909 г. (заметку см. здесь). Интересно, что катали не только людей, но и собак. Об одном таком выезде собаки, вспоминает скульптор Домогацкий В.В. (об этом я писала тут). Вполне вероятно, что на фото ниже среди экипажей были и экипажи бр. Балашовых.
    Выезд экипажей. Петровский парк. Фото 1900 - 1916 гг.


     Кроме того, на участке Балашова М.П. с начала 1900-х годов размещался ресторан "Запорожье". (Б. Зыковский пр. 12, сейчас на этом месте дом №8с1 по Красноармейской ул.). Владелец Болдин (Балдин) Илья (Иван) Алексеевич (в разных справочниказ его ФИО пишут то так, то сяк).
     Место это, как и прочие злачные места Петровского парка, было неспокойное. Газета "Русское слово" 4 августа (22 июля) 1907 г.  сообщала в хронике пришествий

     Ресторан "Запорожье просуществовал примерно до начала 1910-х годов и был закрыт. Вполне вероятно, что  он не выдержал конкуренции с расположившемся поблизости новым зданием ресторана "Эльдорадо" (о нем тут), О старом здании ресторана "Эльдорадо" мы будем говорить чуть позже.
    Также на участке бр. Большаковых  в начале XX века располагался один из магазинов фирмы Стрицкого  Христиана Карловича, торговавшего пивом и медом. Склады его находились в Сыромятниках. Христиан Карлович был дворянином из Риги, а в Москве проживал в Сытинском пер. Но и его лавка просуществовала тут тоже только до начала 1910-х годов.
     Прежде чем рассказывать о владельцах углового участка с современной ул Пилота Нестерова, поговорим о самой этой улице. Современная ул.Пилота Нестерова включает в себя бывший Стрельнинский пер. - это ее отрезок от Ленинградского проспекта до Красноармейской улицы (об этот ее отрезке я писала здесь). Другая ее часть идет от Красноармейской ул. до Планетной ул. Короткий отрезок этой части улицы Пилота Нестерова (примерно 200 - 300 метров) совпадает с бывшим  Зыковским проездом (не путать с Большим и Старым Зыковскими проездами), который в начале 1900-х годов был переименован переименован в Эльдорадовский пер.(см. фото выше с планом 1915 г.). Чуть позднее рядом появились и другие Эльдорадовские пер. и тупик.

      Вот этот угловой участок с современной ул.Пилота Нестерова (прежде с Зыковским проездом). в 1880-х годах принадлежал купцам 2-й гильдии Орлову Матвею Ивановичу и Шешкову АкинДию (так в спр., возможно, опечатка и правильно Акинфию) Алексеевичу, торгующих под фирмой "Орлов и Шешков", игольным и галантерейным товаром.
    В те же 80-е годы позапрошлого века эти купцы тут, в Петровском парке, на своем участке, открыли ресторан "Гюртлер". Ясное дело фотографий его не сохранилось, но он мог выглядет примерно так.

      Ресторан "Гюртлер" просуществовал недолго, в 1890-х годах XIX века он уже не существовал.
      С середины 1890-х годов и до революции этим участком владеет знаменитая династия булочников Филипповых. Сначала Филиппов Дмитрий Иванович, сын знаменитого булочника, а после его смерти сыновья Дмитрия Ивановича. До сих пор в России найдется немного людей, кто никогда не слышал этой фамилиии, а сама фамилия сделалась синонимом настоящего русского хлеба.
      Основателем династии был бывший крепостной села Кобелево Калужской губернии Максим Филиппов, В Москву он приехал в начале XIX века  и устроился пекарем, затем, собрав денег, стал владельцем собственной пекарни на углу Бульварного кольца и ул. Мясницкой. В своей пекарне ин выпекал калачи и пироги с разнообразной начинкой, которые затем вместе с семьей продавал в торговых рядах города.
     После смерти отца дело продолжил его сын, купец 2-й гильдии Иван Максимович Филипов (1824 - 1878 гг.).  К тому времени в наследство ему досталось три хлебопекарных заведения: калачное, булочное и бараночное – на Тверской в доме Манухина, на Сретенке в доме Спаса и на Пятницкой в собственном доме.
     Иван Максимович самый известный человек из династии Филипповых. Именно при нем и расцвел этот бизнес
                                                                Купец Филиппов Иван Максимович
                                                        
       У него впервые появились получившие вскоре известность во всем городе филипповские пирожки с требухой, кашей, капустой, вязигой и другими начинками. Из пшеничной муки сорта были неисчислимы: французские булочки простые, с поджаристым загибом, обсыпанные мукой; маленькие копеечные французские хлебцы, именовавшиеся "жуликами"; витушки из перевитых жгутов крутого теста; саечки, обсыпанные маком или крупной солью; сайки простые, выпекавшиеся на соломе с золотыми соломинками, приставшими к исподу; калачи крупные и калачи мелкие и т.д. Самым популярным в народе сортом пшеничного хлеба был ситник по пять копеек за фунт. Из ржаной муки выпекали пеклеванный (из мелко смолотой и просеянной ржаной муки), бородинский, стародубский, рижский хлеб. Все эти изделия выпекались из муки высшего качества, благодаря чему  в 1855 году с соизволения императора Александра II Филиппову был присвоен титул поставщика двора его императорского величества. А сам Иван Максимович еще в середине XIX века поселился на Тверской ул. (сейчас дом №10), тут был центр его хлебной империи. На фото ниже дом с куполом слева - дом, где жил Иван Максимович.Филиппов, правда, тогда дом ему еще не принадлежал. Он перейдет в собственность Филипповых уже, когда владельцем империи станет его старший сын.
     Вид Тверской улицы (выше дома генерал-губернатора). Фото 1888 г.
   У меня много еще собрано интересного материала об этом известном на всю Россию купце, но к владению в Петровском парке он отношения не имеет, поэтому подробнее о нем напишу в соответствующем месте, а в данном посте речь пойдет о его старшем сыне от второй жены Татьяны Ивановны -  Дмитрии Ивановиче Филипове (1855 - 1908 гг.).
    После смерти родителей дело, в 1881 г., возглавил п.п. гр. Дмитрий Иванович, а с 1882 г. он стал купцом 2-й гильдии. Человеком  он оказался способным и так продолжал дело отца, что все только удивлялись его предпринимательскому размаху.
                                                              Купец Филиппов Дмитрий Иванович.
                                                       
     В 1886 году он приобретает дом Манухиных на Тверской ул. где была империя его отца, и становится владельцем расположенных там меблированных комнат "Франция" и "Флоренция". А в начале 1890-х годов он решает надстроить дом на Тверской ул. и перестроить корпуса по Глинищевскому пер. По поводу архитекторов, осуществивших перестройку Википедия сообщает - "Тверская ул., дом 10 — торговый дом Д. И. Филиппова (булочная Филиппова, Гостиница гостиница «Люкс», в сов. годы — "Центральная", нач. XIX в.; 1837; 1891—1897, арх. М. А. Арсеньев — полная перестройка с изменением фасада; 1900, арх. М. А. Арсеньев — перестройка корпуса по переулку; 1907, арх. Н. А. Эйхенвальд — надстройка; 1911, арх. Н. А. Эйхенвальд — перестройка гостиничного вестибюля в левой части здания".
                       Тверская 10. Дом Дмитрия Ивановича илиппова после перестройки. Фото 1900 - 1901 гг.
                       
     Обычно пишут, что здание надстроил  арх. Эйхенвальд,  обратите внимание, на эту часть записи в Википедии - "1907, арх. Н. А. Эйхенвальд  — надстройка", это не верно, здание  перестраивал и надстраивал все же арх. Арсеньев М.А.   Подтверждением может служить следующая фотография 1896 г., где это здание уже 4-х этажное.
     Вид празднично украшенных к торжествам коронации домов на Тверской улице. Фото 1896 г.
     Новое здание имело огромные окна с зеркальными стеклами, а в угловой части дома была открыта знаменитая на всю Москву "филипповская" кофейня. Жизнь тогда вторгалась в заведения Филиппова во всей своей "красе": "…здесь подальше от окон и поближе к темному углу собирались устроители разных темных делишек: разные аферисты, комиссионеры, наводчики воровских шаек, завсегдатаи ипподромов, агенты игорных домов, завлекающие в свои приюты неопытных любителей азарта, клубные арапы и шулера.   Проснувшись в полдень, после ночных бдений, они собирались к Филиппову пить чай и вырабатывать план следующей ночи...". Собирались здесь также студенты, курсистки, интеллигенция, мог тут оказаться и офицерский чин.
     В 1905 г. Филиппов Д.И. задумал изменить интерьеры кофейной, вот что об этом сообщает Википедия - "Интерьеры кофейной Д. И. Филиппова были оформлены в 1905-1907 годах архитектором Н. А. Эйхенвальдом совместно с В. М. Маятом.  В украшении зала принимали участие живописец Петр Петрович Кончаловский и скульптор Сергей Тимофеевич Коненков".
       А вот как об этом времени вспоминает сам С.Т. Коненков, в т. ч. он же дает характеристику и самому Филиппову Д.И. - "Судя по тому, что архитекторы Эйхенвальд и Герман (у Коненкова  арх. Герман, а не Маят), призванные булочным магнатом Филипповым оборудовать богатое кафе на Тверской, обратились через мастерскую Гладкова ко мне, моя репутация скульптора декоративного жанра чего-то стоила. Мне предстояло выполнить по собственным эскизам кариатиды и рельефы. Мой друг художник Петр Петрович Кончаловский был приглашен для живописных работ в кофейне.
      Запомнилась первая встреча с этим известным всей Москве капиталистом. Филиппов — невысокого роста, благодушно настроенный господин, балагурил, шутил, поругивал полицию, которой обыкновенно давал взятки за то, что не соблюдал санитарные правила. Дело в том, что вода, которую брали со двора булочной или колодца, не отличалась приятным запахом, но от воды с душком быстро всходило тесто.
    Человек он был "разнообразный". Своих рабочих держал в  кулаке, выжимая из них кровь, как сок из клюквы. Когда же шел разговор об эксплуататорах вообще, он рассуждал как истый либерал.
     По рекомендации Сергея Михайловича Волнухина пришли ко мне училищные натурщицы. В кофейне стали появляться сыновья Филиппова. Они делали вид, что очень интересуются искусством. Задавали нелепые вопросы, жевали пахучие сдобы, поглядывали на натурщиц. Собственно, ради этих "смотрин" они и наведывались в строящееся кафе.
     Заходил и сам Филиппов (в другом месте Коненков пишет, что" Хозяин ни в чем не ограничивал ни меня, ни Кончаловского, возбуждая тем самым нашу творческую фантазию"). Балагурил, голосом с хрипотцой рассказывал анекдоты, натянуто смеялся. Чувствовалось: что-то очень беспокоит его.  Мы знали, что пекари недовольны тяжелыми условиями, нищенской платой за труд. Филиппов, дававший цыганам "Стрельни" до пяти тысяч за приезд, твердо вел эксплуататорский расчет с рабочими своего предприятия, не желая ни на копейку увеличивать им заработок.  И вот — стачка. Филиппов вызвал войска... 25 сентября я, как всегда, работал в кофейне. Перед окном, где я работал, развертывается сражение. Вначале на противоположной стороне Тверской выстроилась цепь солдат с винтовками на изготовку. Послышалась громкая команда: "Пли!". Во двор ворвались казаки. В них полетели камни и кирпичи...  Когда к дому со всех сторон стали стягиваться войска, мне и моим помощникам пришлось покинуть кофейню".
     В результате 147 работников Филиппова из 500 были арестованы. Филиппов трезво оценив обстановку, пошёл на уступки: предложил пекарям праздничный отдых и две смены, а также повышение заработной платы. Рабочие вернулись на свои места.
     Как далее пишет Коненков к 1906 г. работы в кофейной были закончены.
                                              Интерьер кофейной Д. И. Филиппова.  Фото 1907 г.  
                           
     Здесь были и мраморные столики с удобными сиденьями, и вышколенные лакеи в смокингах, и строгие вывески на стенах: "Собак не водить", "Низшим чинам вход воспрещен".
                                                      Фонтан в кофейной Д. И. Филиппова. Фото 1907 г.
                           
    В советское время здание надстроили еще одним этажом, купол убрали и оно изменилось до неузнаваемости.
    В булочной на Тверской к началу XX века уже работала фабрика, в которую входили: отделения сухарное, бараночное, пирожно-кондитерское и др. Она располагалась в Глинищевском пер., кроме того ряд фабричных корпусов находились во дворе. К сожалению, в связи с реконструкцией дома Филлипова, все фабричные корпуса снесены, да и от дома на Тверской мало, что осталось.
    Ул. Немировича-Данченко (севчас вновь Глинищевский пер.). Бывший корпус фабрики Филиппова. Фото 1980 г.
    .                     
     Также Дмитрий Иванович расширяет сеть булочных и не только в Москве, но и в Петербурге. Отмечу, первоначально наследство отца он делил со своими братьями, но после смерти в январе 1895 года 33-летнего Ивана Ивановича Филиппова, затем в сентябре того же года 43-летнего Якова Ивановича и через три года 39-летнего Николая Ивановича все булочные были снова сосредоточены в руках Дмитрия Ивановича Филиппова.
     Успевал Дмитрий Иванович заниматься и общественной деятельностью. Он состоял выборным Московского ремесленного общества, попечителем Московской ремесленной богадельни и состоящего при ней Александровского училища, был сотрудником общества поощрения трудолюбия в Москве, почетным членом Московского совета детских приютов, а также старостой одного из Кремлёвских соборов и старостой при церкви богадельни Цесаревича Николая Александровича в Петербурге.
    Касаемо участка в Петровском парке, то уже в 1895 г. он открывает тут одно из отделений своих булочных. Как выгляднл дом Филиппова видно на фото ниже. За рестораном "Аполло" (о нем речь пойдет в следующих постах), сразу за Эльдорадовским переулком (сейчас ул.Пилота Нестерова) - дом Филиппова.
                           Большой Зыковский проезд  (сейчас Красноармейская улица) . Фото 1920 - 1927 гг.
                         
    На фото ниже справа внизу виден торец дома Филиппова, слева здание ресторана "Аполло"., за спиной женщины Красноармейская ул., а идет она по  бывшему Эльдорадовскому пер. (ныне ул. Пилота Нестерова).
    Вид на Центральный Аэродром. Фото 1941 г

    О личной жизни Дмитрия Ивановича известно немного. Женился он в конце 1880-х годов на Зайцевой Вере Александровне. Ее первым мужем был п. п. гр.Зайцев Иосиф Петрович, от этого брака у нее родился сын - Николай (1875 - 1939 гг.), которого Филиппов усыновил и дал свою фамилию и отчество. Правда впоследствии, в 1901 году от него отрекся, сообщив путем газетных объявлений, что в делах фирмы тот не участвует. В браке с Верой Александровной у Дмитрия Ивановича родилось еще двое сыновей: Борис Дмитриевич (1889 - : гг.) и Дмитрий Дмитриевич (? - ? гг.).
     Несмотря на то, что Дмитрий Иванович был женат, он вел достаточно разгульную жизнь. пишут даже, что он был образцом "купеческого разгула". Вот во время одного из банкетов он и знакомится с роковой цыганкой Азой, которая пела в одном из ресторанов Петровского парка и влюбляется в нее. В начале XX века Филиппов Д.И. покупает участок земли в Роднево (сейчас это Подольском район) и в 1904 г. по проекту того же архитектора Эйхенвальда возводит там, на крутом берегу реки, особняк, в который он и поселяет свою возлюбленную цыганку Азу (по слухам этот особняк строился именно для нее).
    Перемышль (Московский). Дача Д. И. Филиппова. Фото 1980 - 1985 гг.  

    Далее, гласит легенда, любовь была хоть и страстная, но недолгая. Однажды цыганка Аза узнала, что Дмитрий Иванович полюбил другую. Не выдержав горя она бросилась со смотровой башни и погибла (откуда появилась эта легенда и насколько она соответствует действительности, а также кто та другая, в которую влюбился Дмитрий Иванович - неизвестно).
    Забастовки рабочих, перестройка кафе на Тверской, строительство особняка в Роднево и пр. привело к тому, что Дмитрий Иванович в 1905 г. оказался должен своим весьма влиятельным кредиторам около 3  млн руб., в результате этого  его фирма обанкротилась и попала под администрацию.
    Все эти события отразились и на здоровье Филиппова, в декабре 1908 г. он умер. Газета "Русское слово"  24 (11) декабря 1908 г. сообщала: "Вчера скончался популярнейший московский пекарь Д.И.Филиппов, 55-ти лет от роду Покойный страдал астмой; три недели тому назад с ним случился тяжелый припадок, после которого он слег и не поднимался уже до смерти".
     После смерти Дмитрия Ивановича Филиппова дело продолжили три его сына - Николай, Дмитрий и Борис, причем главой фирмы стал неродной сын Филиппова - Николай. Последний, некогда публично отстраненный от дел, вступил в коалицию с высшими менеджерами фирмы отца, а оба родных сына оказались равноудалены от дел. К этому времени пасынок окончил Поливановскую гимназию и московский университет, в котором учился одновременно с И. Н. Розановым.
     Хотя до 1915 г. бывшая фирма Дмитрия Ивановича Филиппова все еще находилась под администрацией, которой одно время даже  руководил его пасынок Николай Дмитриевич, тем не менее к 1913 г. всего на предприятиях фирмы Филиппова работал 2951 человек. Годовое производство составляло 4,5  млн руб. В одной только Москве Филиппову принадлежало 18 кондитерских магазинов, 17 хлебопекарен и булочных, при них три кофейни. После окончания опеки в марте 1915 года он вместе с братом Дмитрием  (Борис, видимо, к этому времени уже продал свои акции) организовал "Торговый дом братьев Филипповых" с сохранением права торговли под фирмой "Поставщик двора его императорского величества" со "складочным" капиталом 1 млн руб. Отмечу, отношения братьев были непростыми и как они делили наследство подробно изложено в замечательном посте здесь.
     Кроме хлебопечения, Николай Дмитриевич собирался издавать журнал "Звенья", потом "Вега", но дело так и не пошло, анонимно издал свою книгу стихов "Мой дар", покровительствовал поэту Велимиру Хлебникову и даже поселил его в своей гостинице "Люкс" на Тверской. По воспоминаниям Бунина, двери своего роскошного номера поэт украсил снаружи цветистым самодельным плакатом, на котором было нарисовано солнце на лапках, а внизу стояла подпись: "Председатель Земного Шара. Принимает от двенадцати дня до половины двенадцатаго дня". Одно время Николай был близок к кругу московских футуристов, а в 1918 г. открыл кафе на Кузнецком мосту, впоследствии получившее название "Питтореск". Оформлением этого кафе занимался модный тогда художник Георгий Якулов. О нем я писала здесь. На фото ниже здание, в котором располагалось знаменитое кафе.
     Кузнецкий мост. Пассаж графа Сан-Галли. Фото 1907 г.

    В послереволюционные годы Николай Дмитриевич эмигрировал в  Бразилию. В одном из своих стихотворений по этому поводу Маяковский писал - "Октябрь подшиб торговый дом. Так ловко попросили их, что взмыл Филиппов, как винтом, до самой  до Бразилии..". Затем  он переехал во Францию, жил в Париже, где и умер в 1939 г.
    О другом сыне -  Борисе пишет в своих воспоминаниях Александр Вертинский - "Знакомства у нас были самые разнообразные. Каким‑то непонятным образом мы познакомились с Борисом Филипповым – сыном известного всей Москве булочника. Это был неисправимый кутила, стоивший своему отцу немало денег, но весьма неглупый, весёлый и приятный человек. Учился он за границей и говорил на трёх языках. Языки эти ему сильно пригодились впоследствии. После революции он попал в эмиграцию. Я встретил его в Нью-Йорке. Он служил портье в отеле "Ансония", где мы, русские артисты-гастролёры, любили останавливаться "из патриотизма" – портье был наш, русский.
    Как‑то на масленой Борис пригласил нас к себе на блины.  Жил он на Тверском бульваре в особнячке с балконом на улицу.  К часу дня мы собрались у него в гостиной. Он рассказывал нам про маленького медвежонка, которого ему недавно подарили и который вертелся тут же, под ногами. А рядом в столовой был накрыт великолепный стол, уставленный  уставленный балыками, винами, водками, хрустальными вазами с икрой и пр. Один вид этого стола вызывал аппетит необычайный. Разговор шёл о том, что медвежонок иногда выходит на балкон и начинает там делать всякие выкрутасы, собирая огромную толпу зрителей, причём Борис заметил, что у медвежонка все недостатки актёра: он любит успех и тщеславен до предела. Поэтому он целый день на балконе.  Пока мы смеялись над этой характеристикой, тщеславный медвежонок, соскучившись, ушёл в столовую, взял за конец скатерть, которой был накрыт стол, и пошёл с ней на балкон показывать своё искусство зрителям.  Можете себе представить эту картину? С ней можно сравнить только «Гибель Помпеи» Брюллова.  Все погибло! Все!  Но Филиппов отвёз нас всех к Тестову, где и накормил "по-московски".
    По справочнику "Вся Москва" в 1915 г. Борис жил на Тверском бульваре, в д. 25,, значит речь идет об этом здании.
    Тверской бульвар, дом № 25. Фото 1925 г.

   Как сложилась жизнь в послеволюционные годы третьего сына - Дмитрия  мне найти не удалось, напишите если знаете.
   Касаемо дома с булочной в Петровском парке, то в нем кроме булочной, уже при сыновьях Филиппова на втором этаже размещались меблированные комнаты, владельцем которых был Тараскин Дмитрий Петрович. Дом этот сохранялся довольно долго, т.ч. многие сторожилы района помнят  "филипповскую" булочную, расположенную там и в советские годы, но я ее уже не застала.
   А вот бывшую булочную Филиповых и кафе при ней  на Тверской ул. я помню прекрасно, она славилась не только до революции, но в советкие годы держала марку, и иначе как "филипповской" ее никто не называл. Я, оказываять там, не упускала случаю полакомиться в кафе пирожками и обязательно купить хлеба и пирожков домой.
     Продолжение рассказа в следующей части.

     Дачники и постройки Петр. парка. Старый ресторан Эльдорадо. Часть 30.

     Другие достопримечательности. Оглавление.     .

     Использованы материалы: справочники разных лет, http://www.exclusive-magazine.ru/articles/2014/7/filippovy/ ; https://lucas-v-leyden.livejournal.com/291043.html ; и др.
Tags: Динамо, Петровский парк, Прогулки по Москве, портрет, старая Москва, старые фото
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments